Cамая большая тайна Франциска Скорины

Историкам, да и простым смертным, не дает покоя один вопрос.

Франциск Скорина – величайший литвинский учёный средневековья, происходивший из Великого княжества литовского. В современной Беларуси именем  его названы гимназии, университет, педагогическое училище, библиотека, в его честь выпущены медаль и орден, пишет litvin.pl.

Личность и деятельность Ф. Скорины активно изучаются; и уже, казалось бы, многое известно об этом неординарном человеке, однако историкам, да и простым смертным, не даёт покоя один вопрос: к какому же всё-таки вероисповеданию он принадлежал? Различные документы того времени и факты, связанные с его жизнью, указывают на совершенно разные конфессии.

Литвинский Да Винчи

Франциск Скорина родился в Полоцке – одном из древнейших русских городов. В конце XVвека, когда появился на свет будущий учёный, этот город входил в состав многонационального Великого княжества Литовского. Население этого государства состояло из восточных славян и балтов, жили здесь также поляки, немцы, евреи, татары. Официальным языком мощного государства литвинов был язык, который Скорина называл «русским» (современные исследователи справедливо называют государственный язык Литовской державы старобелорусским).

Надо сказать, что это княжество было совершенно не похоже на тёмное и отсталое Московское государство того времени. Великое княжество Литовское в 16 веке было совершенно европейской страной, тесно связанной с западной культурой и впитавшей принципы Возрождения.

В некотором смысле это было самое передовое государство тогдашней Европы – здесь имели место, например, выборность монарха и органов местного самоуправления в городах, а также общая демократизация жизни. Значительную роль здесь играли не столько дворяне, сколько купцы, предприниматели и мещане. Особенно тесно страна была связана с Польшей, также представлявшей собой в то время передовую для своей эпохи дворянскую республику с выборным королём.

Страна шла в ногу со временем, здесь были развиты научная и культурная деятельность. Одним из наиболее выдающихся учёных Великого княжества литовского и был Франциск Скорина. Изначально он был известен как доктор медицины, но с течением времени всё больше внимания он стал уделять книгопечатанию. Скорина был хорошо образован: окончил Краковский университет, затем успешно сдавал экзамены в Падуанском университете, где его познания были особо отмечены преподавателями.

Знаменит литвинский просветитель стал тем, что одним из первых стал печатать и издавать книги на старославянском и русском языках. Для этого он приобрёл печатный станок Гутенберга.

Интересно, что первую свою книгу на старославянском языке он напечатал не на родине, а в Праге. Центральным его трудом стала «Библия руска» — самостоятельный (не имевший разрешения православной и католической церкви) перевод Библии, содержащей предисловие от автора, собственные гравюры с автопортретами и аллегорическими иллюстрациями и прочие «вольности». Из-за этого «Библия руска» не считалась церковной книгой; однако она имела определённую популярность.

Некоторое время Франциск Скорина жил в Праге, где, по легенде, основал знаменитый сад на Градчанах. На самом деле сад этот основал совсем другой человек, а Скорина работал в этом городе, скорее всего, врачом.

Православный, католик, протестант или… атеист?

Самая большая загадка Франциска Скорины – его вероисповедание. Сведения о принадлежности его к той или иной конфессии многочисленны, но они все косвенные, поэтому неудивительно, что все они противоречат друг другу.

Католицизм.

Скорина мог быть католиком. Об этом косвенно говорит послание римского кардинала Иосафа полоцкому архиепископу, в котором упоминается католический священник по фамилии Скорина – возможно, родственник учёного. Однако, по современным данным, этот документ был написан в XVIII веке.

В пользу католицизма первопечатника указывает факт его работы у виленского епископа Яна. Просветитель выполнял обязанности епископского секретаря . Ряд историков полагает, что Скорина мог исповедовать католицизм, являясь полноправным членом виленского круга гуманистов.

В 1534 году друкарь приехал в Москву, откуда его изгнали как католика, а книги его сожгли как еретические. Нелестно отзывался о его деятельности и князь Андрей Курбский, бежавший из Москвы в Литву, но сохранивший верность православию. Наконец, великий литвин носил католическое имя Франциск.

Православие.

Скорина мог быть и православным. К примеру, в момент его рождения в Полоцке не было католической миссии – ни монастыря, ни даже церкви; поэтому крестить его по латинскому обряду родители вряд ли могли. Хотя для такого важного для них дела они могли поехать и в другой город.

Книги его соответствуют православным, а не католическим канонам, и в них упоминаются православные русские святые – Борис, Глеб, Феодосия и Антоний Печерские, а также сербский святой Савва. Книги напечатаны на старославянском языке. Католических святых в его «святцах» нет, в том числе и святого Франциска. Молитвенные выражения его книг просят бога утвердить православную веру. Однако славянские книги для православных издавал и Швайпольт Фиоль – немецкий книгопечатник, католик по вероисповеданию; такое могло быть и в отношении литвинского просветителя.

Кстати, об имени Франциск. Некоторое время ходила легенда, что его настоящим именем было Георгий; на самом деле это слово было ошибкой в одном из документов, где слово «georgii» было написано вместо эпитета «эгрегиум» — «отличный». Но могло быть и так, что имя Франциск (Франтишек), одно из самых популярных в Польше в Литве, было его обычным гражданским именем, а в церкви он был крещён под другим именем.

Аргументом в пользу православия служит и то, что диплом Скорина получал в Падуе не в местной церкви; согласно университетскому уставу, в церкви дипломы вручались только католикам, а студенты иных конфессий получали его в других условленных местах.

Протестантизм.

Некоторые современники называли его гуситом – сторонником чешского протестантского движения, основанного Яном Гусом. На одной из книг Скорины стоит экслибрис (знак владельца), указывающий на Пауля Сператуса – соратника Мартина Лютера. Кроме того, Скорина одно время работал в Кёнигсберге по приглашению первого прусского герцога Альбрехта – убеждённого сторонника Реформации. Есть предположение даже о том, что Скорина лично общался с Лютером.

На протестантизм доктора Франциска может указывать и то, что на страницах напечатанных им книг он не указывал летоисчисление в связи с религиозными праздниками, что было характерно для католических и православных авторов.

Униатство.

Некоторые современники называли Скорину грекокатоликом. Доктор Франциск писал возвышенные акафисты, славившие Богородицу. Такие религиозные тексты были популярны у общин грекокатоликов. Впервые акафисты появились в Византии.

Вольнодумство.

По-видимому, Франциск Скорина, независимо от его изначальной конфессиональной принадлежности, не особенно ревностно относился к религиозным канонам. Вольнодумство, увлечение магией, гностицизмом было частым явлением в XV – XVIвеках, также как и элементы рационалистических представлений.

Характер издательской деятельности Франциска Скорины, его медицинское образование и врачебная практика, широкие познания во многих других областях и гуманистические взгляды свидетельствуют о том, что он был приверженцем рационализма в той степени, в которой это было возможно в средние века и эпоху Возрождения.

Современные историки не исключают знакомство просветителя с передовыми мыслителями Европы. В частности, известно, что доктор Франциск дискутировал с самим Парацельсом, когда знаменитый медик и алхимик посетил Вильно.

Это, по-видимому, позволяло ему свободно общаться с представителями разных конфессий и сочетать в своих книгах элементы православия, католицизма и протестантизма (не стоит забывать и то, что в Великом княжестве Литовском бок о бок друг с другом жили представители разных национальностей и религий, в том числе татары-мусульмане и караимы – татары-иудеи).

Как бы то ни было, религиозная принадлежность Франциска Скорины до сих пор остаётся под вопросом. Возможно, он был полноценным «человеком науки», и религия в его жизни не играла какой-либо важной роли. Издавал он по большей части религиозные книги, в том числе «священное писание», но делал это наверняка из просветительских соображений: эти книги были в то время неким образовательным стандартом.

Источник