Что стало известно за месяц суда по делу Коржича

Фото: Павел МАРТИНЧИК
Свои показания уже дали потерпевшие, медики и начальство учебного центра.

8 августа Минский областной суд начал рассматривать дело о гибели Александра Коржича, пишет kp.by. Напомним, 21-летнего солдата-срочника нашли в подвале медроты в Печах 3 октября 2017 года. В первоначальную версию о суициде, которую рассматривал Следственный комитет, родные не поверили. Мама Александра Коржича настаивала на том, что ее сына убили. Следствие сделало вывод, что 21-летнего парня довели до самоубийства. В этом обвиняют трех сержантов — сослуживцев Александра: Евгения Барановского, Антона Вяжевича и Егора Скуратовича. Офицеров будут судить позже и по другим статьям — их дела выделены в отдельное производство. Восемь дел уже направлено в суд, еще два — на рассмотрении.

Потерпевшими по делу признали 57 человек — это мама Александра Коржича Светлана Николаевна и солдаты, которые пострадали от дедовщины. Кроме журналистов, на заседания никто не приходит — ни офицеры, ни родственники обвиняемых так и не появились на процессе…

Солдаты терпели издевательства, но никому не жаловались

Большинство солдат рассказывали о дедовщине в армии неохотно, многие из них говорили, что считают те эпизоды, которые следствие признало нарушением, вполне нормальной практикой. Речь шла об отжиманиях после отбоя, в том числе в противогазах.

О чем еще рассказали солдаты? За разрешение сходить в магазин они должны были покупать сержантам сигареты и продукты: кофе, вермишель, вафли, чипсы, сухарики, майонез, шаурму. В месяц рядовые получали жалование около 10 рублей, а на еду для сержантов некоторые из них тратили в два раза больше — в ход шли деньги, которые присылали родители.

По правилам в армии можно было пользоваться телефоном без камеры, диктофона и интернета, звонить разрешалось только по выходным. За взятки сержантам в 30 — 40 рублей солдаты покупали возможность пользоваться телефонами, в том числе неуставного образца.

Пока так и не ясно, почему Коржича никто не забрал из медроты и никто в течение недели лично не проверил, находится он на лечении или нет.
Фото: личный архив

В суде стало известно, как сержанты применяли насилие к подчиненным. Били сапогами по ногам, рукой по шее за неаккуратную окантовку прически, резиновой палкой по ягодицам, заставляли чистить унитаз, испачканный кремом для обуви, вылизывать туалетный ершик — в последнем случае солдат отказался это делать, тогда у него забрали телефон. Командованию об этом солдаты не докладывали. «Не видели смысла», — говорят потерпевшие.

Что касается отношения сержантов к Коржичу, однозначного вывода пока сделать нельзя. Кто-то утверждал, что у Александра было привилегированное положение: он откупился от сержантов и не участвовал в хозработах. По словам одних солдат, никто не издевался над Коржичем больше, чем над другими. Другие говорят, что он терпел дедовщину наравне со всеми.

В суде дал свидетельские показания и полковник Константин Чернецкий, который работал начальником 72-го гвардейского объединенного учебного центра подготовки прапорщиков и младших специалистов. После событий 3 октября его отстранили от должности указом президента. По его словам, в учебке постоянно проводилась работа по профилактике суицидов, а порядок контролировали в том числе с помощью регулярных проверок. На вопросы прокурора, как в таком случае руководство допустило все нарушения, Чернецкий говорит, что эти факты имели скрытую форму — ему не докладывали ни об одном случае дедовщины, о поборах он узнал со слов матери Коржича.

Чернецкий рассказал, что Коржич состоял в группе риска по трем факторам: первый — систематическое употребление спиртных напитков его отцом, второй — он воспитывался мамой и бабушкой, третий фактор — приводы в милицию за нарушение ПДД.

— Что можно сказать о причинах поступка? Самостоятельно такое сложно сделать, находясь в здравом уме. Были, наверное, какие-то предпосылки, проблемы. Возможно, в коллективе армейском, может быть, с девушкой, — резюмировал полковник.

Ничего не знал о дедовщине и Александр Чернов, начальник 3-й школы, в которой служил Александр Коржич. Не было ему известно и о том, что сержанты брали от рядовых деньги за право пользования телефоном, отбирали продукты, которые солдатам привозили родители.

Страдал ли Александр Коржич психическим расстройством?

Солдат жаловался сослуживцам, что у него болит сердце, а его неправильно лечат. Некоторым ребятам он высказывал свои страхи: говорил, что боится умереть.

О состоянии Коржича накануне смерти потерпевшие и свидетели говорят разное. Например, друг солдата Александр Алимхаджаев в своих показаниях утверждал, что Коржич ему ни на что не жаловался:

— О каких-то личных проблемах от него я ничего не слышал. Вместе с тем в сентябре 2017 года он стал жаловаться на проблемы с сердцем — его возили на обследование. В то, что Коржич повесился, мне не верится.

В суде озвучили ответы на вопросы, которые оставались у Светланы Коржич после окончания следствия
Фото: Павел МАРТИНЧИК

Другие военнослужащие говорили, что незадолго до трагедии Коржич был подавлен, мог долго смотреть в одну точку и не отвечать собеседнику. Солдата возили к психологам и психиатрам, однако те сделали вывод, что он здоров.

Со слов лейтенанта Антона Галицкого, который возил Коржича на прием к ведущему военному психологу в Минск, прием длился ровно минуту: психолог спросила у Коржича, хочет ли он служить. Тот ответил, что хочет. Тогда психолог отправила Коржича назад в часть.

Комиссия посмертной судебно-психиатрической экспертизы пришла к заключению, что солдат страдал психическим расстройством «соматоформная вегетативная дисфункция». Но государственный медицинский эксперт — психиатр Алексей Олекс — сказал, что по меркам психиатрии Коржич был практически здоров:

— Ни в одной литературе мы не найдем, чтобы для этого заболевания была характерна склонность к самоубийству. Это достаточно легкое, кратковременное расстройство.

Откуда на голове солдата точки, а на руках — следы от веревок?

В суде озвучили ответы на другие вопросы, которые оставались у Светланы Коржич после окончания следствия: как на голове Саши появились точки, в паху — пятна, на запястьях — следы от веревок? По словам медицинского судебного эксперта Ивана Провады, точки на голове — это последствия вскрытия, зашивание головы после разреза. Следы на запястьях он объяснил тем, что санитарки их связывают бинтом. А следы в паху — трупные изменения.

Как известно, Коржич пропал на неделю — его не было ни в медроте, ни в расположении с 26 сентября по 3 октября. Интересно, что при этом в суде ни разу не было озвучено, что Коржич висел в петле именно семь дней: эксперты говорили, что по результатам осмотров можно было сделать вывод, что парень провисел несколько суток.

Солдата нашли в петле с майкой на голове и связанными шнурком ногами. Замначальника медслужбы Николай Коршунов уверен, что это ритуальные действия.

Тело Коржича обнаружил сержант Заяц (сейчас он осужден по другому делу за дедовщину). Он рассказывал, что в тот день заступил в наряд, а в подвал пошел, чтобы взять метлу. Но он мог взять ее и в подразделении, что в 3-4 минутах ходьбы от КПП. Сразу после случившегося Зайца почему-то положили в медроту под охрану. Егор Скуратович, один из обвиняемых сержантов, рассказывал суду, что Заяц пытался покончить с собой после случившегося, но Заяц эту информацию отрицал.

Пока так и не ясно, почему Коржича никто не забрал из медроты и никто в течение недели лично не проверил, находится он на лечении или нет. Свидетели в суде ссылались на то, что тогда система не была четко отлажена.

Обвиняемых начнут допрашивать уже на этой неделе.

Еще двоих солдат нашли повешенными

На прошлой неделе в белорусской армии произошло еще две трагедии. В обоих случаях в Минобороны сообщили, что причины суицидов не связаны со службой. 5 сентября в воинской части Слонимского гарнизона свел счеты с жизнью 20-летний рядовой Александр Орлов. До окончания службы ему оставалось чуть больше полугода. Мама солдата рассказывала «Комсомолке», что разговаривала с сыном за два часа до трагедии, он обещал приехать домой и помогать маме. О дедовщине парень не рассказывал, но постоянно просил выслать деньги.

Еще одного солдата нашли повешенным под Гродно 8 сентября. 26-летний Сергей Ясюкевич пропал из воинской части Гродненского гарнизона 5 сентября. Он оставил предсмертную записку, ее содержание журналистам не известно.

Источник

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Новостная лента