Рубрики
Общество

Из вуза – в коровник: как работает распределение выпускников в Беларуси

Выпускник обязан отработать два года в назначенном для него государственном месте, передает «Настоящее время».

В 2019 году в Беларуси из 18 тысяч выпускников, обучавшихся за счет государства, свободный диплом получили только два человека. Выпускник не может отказаться от распределения, иначе ему нужно заплатить штраф в размере от 10 000 до 20 000 евро.

Вероника родом из города Лида. Она окончила факультет журналистики Минского университета и получила распределение в газету в Воронове – поселке с населением 6500 человек.

“Я отучилась бесплатно и осознавала, что буду потом отрабатывать. Но я шла с мыслью, что я буду критиком. Например, кинокритиком, потому что это мне больше нравится. В итоге я получила специальность “литературная работа”, которая уже вымершая. Она когда-то была в советских театрах, и тогда литературные работники что-то делали”, – рассказывает Вероника.

“Просто проблема в том, что, идя на распределение, мы не знали своих прав. У меня было два суда. Мы – проблемные для университета, но, мне кажется, мы те самые люди, которые пытаются отстоять свои права”, – считает девушка.

Фото: currenttime.tv

Веронике удалось перераспределиться в Минск. Однако работу по непосредственной специальности она так и не нашла. Ее последним материалом в вороновской газете стал репортаж о местном конкурсе красоты. Большинство участниц – такие же молодые специалистки, приехавшие отрабатывать по распределению.

“Газета просто является пресс-центром исполкома. Исполком говорит – вот расписание, куда вам нужно пойти и что сделать. Я поняла, что нас четыре года готовили именно к этому. Нам все время навязывали, что мы не будем свободными и независимыми”, – говорит Вероника.

“После распределения я почувствовала себя так, как будто я недостойна жить, я недостойна вообще чувствовать и дышать. Я просто должна приходить на работу и работать. Желательно круглый год, круглый день и без выходных”, – делится девушка.

После того как Вероника перераспределилась в Минск, она почувствовала себя относительно свободно: “Мне кажется, жизнь поменялась. Я, наоборот, как-то вернулась в нормальное состояние. Теперь я могу решать сама, где мне жить и как мне жить”.

При распределении, по ее мнению, не учитываются ни желания, ни возможности, ни стремления, ни цели выпускников.

Андрей отрабатывает распределение ветеринарным фельдшером на ферме “Агрогородок”.

Фото: currenttime.tv

“Я знал, что страна сельскохозяйственной направленности готовит специалистов под себя, а не в интересах самих специалистов. Поэтому у нас существует система распределения – и бюджетники должны своей работой, своим потом и кровью возместить те средства, которые государство затратило на их обучение. Поэтому людей отправляют в различные уголки страны отрабатывать, – рассказывает Андрей. – На молодых специалистах, и не только специалистах, отрасль сейчас вообще еле дышит”.

По словам Андрея, интернет в деревне практически не ловит. Когда он въехал в предоставленное жилье, в нем были пустые стены. В обустройстве быта ему помогали родители.

Андрей демонстрирует, в каких условиях ему приходится работать: “Вот в таком вот болоте содержатся телята. Сарай очень страшный, и грозится зимой обвалиться крыша”.

“Есть колхозы, в которых медикаментов настолько нет, что дают один флакон глюкозы на все время, и то в долг, если на коленях постоять. И дают один дежурный антибиотик, – продолжает Андрей. – У нас же ситуация другая. Нам дают в долг медикаменты. Но мы еще не настолько ущербно-запущенный колхоз, поэтому у нас медикаментов хватает. Все упирается в деньги. Мой начальник приезжает и чуть ли не на коленях просит препараты в долг. А потом мы этот долг возмещаем коровами”.

Фото: currenttime.tv

“Опыт, полученный здесь, дает мне просто стаж в рабочей книжке. В остальном же он бесполезен в нормальной жизни. Навыки, которые я приобрету здесь, если я не буду дальше работать в сельском хозяйстве, мне не пригодятся. Например, если я захочу пойти работать в ветеринарную клинику с мелкими животными”, – считает Андрей.

“Я уже отработал полгода. Осталось мне отработать еще полтора. Продлевать контракт здесь я, разумеется, не буду. Трудиться здесь невозможно. С графиком шесть, а то и семь дней в неделю, ночными подъемами, когда ты один на 1000 голов, а по хозяйству вас вообще только два человека на 2500… Условия труда невыносимые. Здесь будущего просто нет, – убежден Андрей. – Невозможно трудиться по-нормальному. Это путем подвига выполняется все. В одиночку! На грудь, на амбразуру!”

Источник: charter97.org.

Загрузка...