Экономист: За год девальвация в Беларуси составит минимум 25%

Фото: АР

Белорусский экономист Леонид Фридкин объясняет «Радыё Свабода», почему падение белорусского рубля было ожидаемым, оценивает, кто больше потеряет от падения цен на нефть, и заявляет, что стагнация в Беларусь пришла всерьез и надолго, около нуля мы будем болтаться довольно долго.

— Нынешние явления в мировой экономике заставляют вспомнить знаменитое выражение о «черных лебедях». Коронавирус, падение цен на нефть, всю цепочку событий, которые это может вызвать — как все это стратегически повлияет на белорусскую экономику?

— Белорусская экономика, к сожалению, очень сильно завязана на цену нефти. А те, кто слишком сильно привязан к энергоносителям, больше всех ощущает на себе каждую смену.

Беларусь здесь в довольно странном положении. С одной стороны, мы импортеры нефти, и для нас падение цен на нее якобы должно было быть добром. Но Беларусь одновременно и крупный экспортер нефтепродуктов, которые изготавливали из российской нефти и экспортировали на весь мир. И это довольно важная часть белорусского экспорта и, соответственно, ВВП.

Белорусские власти привыкли, что схема «дешевая нефть и дорогие нефтепродукты» поддерживает белорусскую экономику и уникальность «белорусской экономической модели». То, что схема даст сбой, стало понятно еще несколько лет назад, когда в России заговорили о «налоговом маневре». Но белорусские власти не предприняли ничего, чтобы от этой зависимости избавиться.

Значит, теперь мы будем иметь полный набор проблем, связанных с падением цен на нефтепродукты на европейских рынках. Сократятся валютные доходы от поставок нефтепродуктов. Даже если удастся купить дешевую нефть где-то не в России — все равно производство нефтепродуктов по привычным схемам не даст того притока валюты, который обычно имела Беларусь. Это отразится на курсе доллара, на темпах роста экономики и, соответственно, благосостоянии населения.

— Главный белорусский торговый партнер — это Россия, на которую приходится почти 50 процентов белорусской внешней торговли. В результате падения цен на нефть курс российского рубля должен упасть еще больше. Может ли это привести к тому, что Россия будет меньше покупать белорусской продукции? Или, может, наоборот — дешевая белорусская продукция вытеснит с российского рынка более дорогую и более качественную западную?

— Может быть и третий вариант. Россия в условиях девальвации российского рубля активизирует изготовление своей продукции, может быть, не такой качественной, но приемлемой. Поэтому не исключено, что российский рынок с премиального превратится для белорусов в менее привлекательный. Собственно говоря, мы это уже ощущаем в ряде позиций.

Российский рынок мы будем терять и без изменения цен на нефть. А нынешние процессы могут это подтолкнуть. Поэтому для Беларуси диверсификация рынков — жизненная необходимость. Но отвязаться от российского рынка в ближайшее время мы не сможем, и потери на нем очень больно отразятся на белорусских предприятиях.

— В конце 80-х одной из главных экономических причин развала советской экономики были именно низкие цены на нефть. Если сейчас цены на нефть установятся на довольно низком уровне, какое влияние это может оказать на российскую экономику?

— Я бы не проводил аналогию с концом 80-х. Это не такое радикальное падение цен, чтобы говорить, что оно может привести к таким геополитическим последствиям. Надо понимать, что Россия сама в значительной степени спровоцировала этот обвал цен, надеясь таким образом выдавить американскую сланцевую нефть с рынков. Это сложный забег, в котором принимает участие много сторон.

Россия достаточно сознательно на это пошла, возможно, не рассчитав, что эффект будет именно таким. В самой России довольно высокая себестоимость нефти и не так много резервов поддерживать экономическую стабильность. Главным ресурсом здесь является готовность населения терпеть невзгоды. Думаю, на определенном этапе все стороны остановятся, так как в таком ралли шансов проиграть больше, чем выиграть.

  Курс российского рубля обвалился на белорусской бирже

— 9 марта белорусский рубль поставил новый исторический рекорд, упал сразу почти на 5 процентов за день. Каков ваш прогноз динамики курса? Может период относительной стабильности национальной валюты уже закончился? Будет ли Национальный банк стремиться сдерживать курс?

— До сих пор Национальный банк проводил достаточно осторожную и взвешенную политику. Если он сейчас не будет вмешиваться в курсообразование, то на каком-то рубеже падение курса остановится и установится. Но минимум 20-25 процентов девальвации в этом году нам придется пережить — если не прилетят еще какие-то «черные лебеди».

С того момента, когда мы не договорились с Россией по поводу цен и поставок нефти и газа, надежд, что рубль останется стабильным, уже не осталось. И то, что сейчас Министерство финансов в связи с ситуацией на мировых рынках отложила выпуск еврооблигаций, также скажется на валютном рынке.

Однако если не будет ажиотажного спроса на валюту и если будут мягко ограничивать чрезмерный на него спрос — то есть шансы избежать очень резкой девальвации.

— Но если нефть упадет на 30 процентов, российский рубль, как подсказывает опыт, может упасть на столько же. Тогда и белорусский рубль должен девальвироваться не на 5 процентов, а на больше?

— С начала года у нас уже практически зафиксировано 10 процентов девальвации. В целом за год девальвация может составить процентов 25, если не случится никаких катаклизмов. Если будет выходить больше — то властям придется принимать какие-то радикальные меры. Возможно, ограничения, которые ввели, а потом последние два года постепенно аннулировали, — будут возвращены.

— Когда происходили прежние девальвации, белорусы бросались покупать импорт, снимали рублевые депозиты. Раскупали белорусские и импортные товары, которые раньше лежали на прилавках — производство и торговля были счастливы. Как нынешняя девальвация может повлиять на экономику и благосостояние населения?

— И зарплаты, и рублевые депозиты в определенной степени обесценятся. Девальвационные ожидания, которые рождает каждый такой всплеск, подталкивают попытки защитить свои сбережения. Но забега по магазинам со скупкой импорта не наблюдается и вряд ли это произойдет. Люди понимают, что на всю жизнь сегодня не закупиться и этими копейки не защитишься. И у людей не так много денег, чтобы ажиотажно покупать все что попало.

А вот попытки Национального банка восстановить доверие к белорусскому рублю и подготовить почву к масштабной дедолларизации 9 марта пошли насмарку. Несмотря на то, что рублевые депозиты очень часто неотозвательные и их снятие вызывает потери — тем не менее, процесс оттока рублевых вкладов будет.

— Все прежние годовые прогнозы правительства проваливались, но на 2020 Совет министров Беларуси снова дал довольно оптимистичный официальный прогноз. Насколько он реалистичен, может ли Беларусь выйти хотя бы на небольшой рост ВВП в этом году?

— Официально утвержденный прогноз реалистичным не считал никто изначально. Если и удастся обеспечить какой-то символический рост в пределах одного процента, то радости от этого никакой не будет. К сожалению, период стагнации с периодическими срывами в минус для Беларуси будет всерьез и надолго. Если не будет никаких существенных изменений в экономической политике, то мы будем «около нуля» болтаться очень долго.

Источник: charter97.org.

Коронавирус охватил все 16 федеральных земель Германии

Правозащитники призывают остановить антиконституционный переворот в РФ