«Мне начальство говорит: ты просто едь и никого не трогай»

Откровения водителя троллейбуса.

Любить свою работу везет не каждому. Многие равнодушно высиживают в офисе от звонка до звонка, нетерпеливо поглядывая на часы перед обедом и с тоской ожидая пятницы. Кто-то откровенно халтурит, выполняя свои обязанности спустя рукава, кто-то трудится по возможности старательно, но ходит на работу как на каторгу. Александру же повезло.

Еще с юношеского пушка на подбородке он крутит «баранку» обычного столичного троллейбуса. Его не угнетают нелегкие условия труда и сверхурочные, ему нравится возить людей. И в целом он своей жизнью был бы полностью доволен, если бы ее не отравляли некоторые моменты.

«Расскажу вам парочку курьезных случаев… Ну как курьезных. Неприятных скорее,» — начал разговор с корреспондентом abw.by Ольгой Арсеньевой водитель троллейбуса.

То, что Александр заходит сразу с неприятных моментов, он объясняет тем, что «накипело». Работу свою, как объяснил он нам, любит по умолчанию. Но порой попадаются такие пассажиры, которые способны, по его словам, отравить даже самое хорошее настроение.

«Было у меня недавно… Еду, везу людей, все спокойно. На остановке заходят молодые люди. Куда, вы думаете, они заходят? В переднюю дверь! И стоят на проходе, пассажирам не войти. Салон при этом свободный! Выхожу из кабины и говорю: «Молодые люди, предъявите, пожалуйста, оплату проезда». Я имею на это право. А они сразу начали возмущаться, что за дела, мол. «Какие такие дела? — говорю. — Предъявите, пожалуйста, оплату проезда». Я, кстати, не видел, прикладывали они проездные или нет. Оказалось — прикладывали. Они предъявили, и я им говорю: «А теперь пройдите, пожалуйста, вглубь салона. Вы мешаете людям заходить, передняя дверь для пожилых людей вообще-то». Они прошли, но что вы думали? Накатали на меня жалобу!

Второй случай. Заходит — тоже в переднюю дверь! — молодой человек и стоит на проходе. В телефон свой уткнулся, никого вокруг не видит. А теперь самое интересное! Я подъезжаю к следующей остановке — там толпа. Он выходит, ждет, когда зайдут все, и — внимание! — заходит следом. Нормально?»

На недоумение, что здесь не так, Александр поясняет, что вопрос во времени.

«Он «регулирует» таким образом движение. Не понимаете? Сейчас объясню. Я подъезжаю к остановке, — люди ждут, когда он выйдет. А потом я жду, когда зайдет он! А потом представьте: вот едете вы, допустим, в троллейбусе, опаздываете, но из-за такого пассажира происходит задержка по времени. Если бы я не задержался, мог бы проехать на зеленый, но у меня перед носом загорается красный, я стою. Мы все стоим. А впереди еще один троллейбус, в котором у водителя, быть может, такой же пассажир, как этот.

А теперь представьте: такой молодой человек задержит водителя, вы уже на нервах… И вдруг троллейбус впереди ломается! И водитель выйдет и скажет: «Уважаемые пассажиры, троллейбус дальше не пойдет». Что вы подумаете? Что водитель во всем виноват, да?

Передняя дверь еще с 1990-х была предназначена для пожилых людей, инвалидов и маленьких детей. Не надо туда щемиться! Есть другие двери — заходите, пожалуйста! Зачем мешать пожилым людям проходить, зачем задерживать транспорт?

Так вот, тот молодой человек… Я выхожу из кабины и говорю ему: «Предъявите, пожалуйста, оплату проезда». А он отрывается от своего телефона и говорит: «Что за «приколы»?» Нормально? «Это не «приколы», — говорю, — предъявите, пожалуйста, ваш проездной и пройдите в салон, не стойте в дверях». А он начал мою «шильдочку» фотографировать. Зачем он ее фотографировал? Для чего?»

Конфликт водителя с пассажиром перерос в бурное препирательство. Александр уже понял, что он и так выбился из временных рамок и на диспетчерскую станцию опоздает, поэтому не преминул сообщить остальным пассажирам, благодаря кому они все сейчас опаздывают. Молодой человек в долгу не остался — написал в троллейбусный парк на водителя жалобу.

«Мне начальство говорит: «Ты просто едь и никого не трогай». А как? Тогда я буду ехать не час, а час двадцать пять, но мне там (на диспетчерской станции. — Прим. авт.) надо отдохнуть! Мне там надо хотя бы просто пройтись вокруг троллейбуса — работа сидячая, надо разминаться. А когда задаешь главному диспетчеру вопрос: «Скажите, пожалуйста, мне восемь часов сидеть без перерыва за рулем?» — ответа нет…»

К слову, после того, как водители троллейбусов рассказали о неприемлемых условиях своего труда, временные интервалы, которые отведены водителям на рейс, все-таки увеличили, но, как заверяет наш герой, не во всех карточках. И пассажиры, задерживающие отправление троллейбуса с остановки, воспринимаются водителем буквально как воры, которые крадут его личное время на отдых.

«Я анализировал эту систему. Когда час пик и водитель опаздывает на 12-13 минут, тогда стоянка — 20 минут… А потом диспетчер выбегает: «Ой, Саша, выедь по времени». А почему мне 20 минут не простоять? А потому что пробка в городе. А пробка почему? Потому что такие умники повылезали из офисов, недосидели там в интернете, видимо, и ковыряются в своих телефонах, задерживая водителей! А у водителей, между прочим, за плечами по 200 голов, все тоже едут с работы и торопятся, у всех есть свои дела. И водитель переживает именно за это!

Если мне положено доехать от точки до точки за час и две минуты, я и хочу проехать этот интервал за час и две минуты. И отсидеть потом свои 7 минут, и в следующий рейс на час и две минуты я поеду отдохнувшим, у меня будет хорошее настроение, я получу только положительные эмоции от своей работы. Просто из таких мелочей и складывается рабочая обстановка, но никто об этом почему-то не задумывается.»

То, что его переживания за комфорт других пассажиров обесцениваются окружающими, Александра очень расстраивает.

«Действительно, и чего водитель переживает? Водитель же рогатый олень! Вот какое бывает отношение! Да, я сделал молодому человеку как водитель замечание — имел право сделать. Если бы он сказал: «Да, извините» — и прошел в салон, вопрос был бы исчерпан! Нет, надо же по-другому все это перевернуть! Я тороплюсь, я опаздываю, переживаю за бабушек, за женщин… А у таких людей это «прикол»!

У меня никогда не было мысли зайти в переднюю дверь, которая — это изначально у нас в крови! — предназначена для бабушек и маленьких детей, правильно? А сейчас у меня на работе два обращения. Сейчас принимается решение, просто я хулиган или злостный хулиган. И если что, меня лишат процентов.

Я начинаю рассказывать, объяснять — меня никто не слышит! «А зачем ты выходил?» И пятое-десятое. Но когда ситуация перерастает в такое вот, вы меня извините. Я не могу смириться с тем, что впереди молодые люди «контролируют» работу водителя своим поведением и мешают пожилым людям. И в итоге я делаю замечание, они сами выводят меня на конфликтную ситуацию — и я остаюсь крайним!

Существует карта качества у каждого водителя. А теперь из-за жалоб этих двух умников меня опять отправят на курсы повышения классности. Вот из-за чего? Я вступился за пассажиров. За пожилых пассажиров — с точки зрения справедливости! И я же, получается, страдаю. Вот это у меня в голове не укладывается.

Я старался, месяц работал. Не валялся на диване, а работал и еще брал сверхурочные. А теперь меня за одно это собираются наказать материально — зачем?

С большего пассажиры — люди хорошие. Я люблю их возить, мне нравится моя работа. Но иногда попадаются такие вот. Обидно.»