Пять резонансных дел, в которых СК сильно подставился

Действия ведомства вызывают заслуженную критику.

13 августа Лукашенко выступил с упреками в адрес Следственного комитета во время встречи с его председателем Иваном Носкевичем. Касались они дела главного инженера МЗКТ:

«Вы вели следственные действия четыре с лишним года и так ничего в суде не доказали. Я не понимаю, как можно задержать человека, посадить его в следственный изолятор (даже не в тюрьму, а в следственный изолятор — разница понятна) и держать в четырех стенах четыре года? Это не дело. Мы к людям должны относиться по-человечески».

Выйдя к журналистам Иван Носкевич рассказал, что на совещании с правоохранительным блоком планируется рассмотреть ряд уголовных дел, при расследовании которых затрагивались права и законные интересы граждан.

К работе Следственного комитета накопилось немало претензий. Udf.by рассказывает о самых резонансных примерах за последнее время, которые во многом являются характерными.

Дело избитого ОМОНом врача: упрек в бездействии

Около месяца назад суд неожиданно встал на сторону избитого ОМОНом врача Дмитрия Середы и постановил организовать проведение дополнительной проверки. До этого Середа три года безуспешно добивался от Следственного комитета возбуждения уголовного дела в отношении сотрудников милиции.

В 2016 году в квартиру врача, выбив входную дверь и стекло балконной двери в кухне, вломились неизвестные в масках. Мужчину положили лицом в пол и продолжили наносить удары в спецавтотранспорте. Оказалось, сотрудники ОМОНа обознались. Ни извинений, ни возмещения материального ущерба (сломанные двери и выбитые окна) врач не дождался.

Середа возмущался:

«Генпрокуратура плюнула на Следственный комитет, так как не могут заставить следователей работать: пишут предписание в 15 пунктов, а следователь проводит проверку и отписывается, что ничего не получилось, невозможно ничего узнать у сотрудников милиции, так как они уже забыли о тех событиях».

Дело роженицы: упрек в сторону Носкевича в давлении на суд

На уроженку Витебска Ольгу Степанову, которая при домашних родах потеряла ребенка, сначала надели наручники, а затем признали виновной в причинении смерти по неосторожности.

Читайте также:  Капитан второго ранга на Площади: Я готов преклонить колени перед этими ребятами

Женщина с этим не смирилась и обратилась к Лукашенко, а также высказала претензии в адрес руководителя СК: «Каждое сказанное мной слово я готова подтвердить документально, в отличие от председателя следственного комитета Ивана Носкевича, который в своем выступлении за день до вынесения мне приговора озвучил откровенную ложь в каждом своем слове, вероятно, таким образом пытаясь повлиять на решение суда».

За день до вынесения приговора руководитель СК заявил:

«Ее действия были квалифицированы как причинение смерти по неосторожности. Я не буду забегать вперед, какой будет вердикт суда, на днях будет решение. Надеюсь, что суд примет сторону следователей».

Спустя несколько месяцев областной суд признал Степанову невиновной и оправдал за отсутствием состава преступления. В адрес начальника управления Следственного комитета по Витебской области суд вынес частное постановление — за неполноту предварительного следствия.

«Дело БелТА»: упреки в ряде нарушений

Год назад стараниями Следственного комитета в мире вновь заговорили о нарушении свободы слова и прав человека в Беларуси. По делу «БелТА» в офисах компаний tut.by и БелаПАН прошли обыски, задержали ряд журналистов, часть из которых отправили на несколько суток в СИЗО. Затем выяснилось, что на некоторых сыпались угрозы и оказывалось сильнейшее психологическое давление с призывом дать обвинительные показания против коллег.

Редактор портала tut.by Дмитрий Бобрик описал, как в здании СК «поступали прямые угрозы — в мой адрес, и в адрес моих родных и близких. Сначала мне пообещали раскрыть детали личной жизни, если откажусь от сотрудничества. А закончилось угрозами в адрес родных, которые могут пострадать. Здесь меня затрясло, мне угрожали самым важным в жизни. Я написал бумагу о сотрудничестве».

Журналисты также возмутились тем, что СК отошел от своих правил и указал в пресс-релизе конкретные фамилии подозреваемых, а также снимал на видео семейные сбережения при обыске в квартире.

Читайте также:  Социалисты в Испании договорились о коалиции с ультралевыми

И все это по делу, где можно было ограничиться простыми вызовами на допрос.

Но вопрос журналистов, почему следователи вынуждали их давать показания против главвреда tut.by Иван Носкевич заявил: «Вас же не били, руки в дверь не зажимали».

Дело Арбузова: упрек в самоуправстве

На встрече с Носкевичем Лукашенко заявил:

«Я поручил вытащить на поверхность подобные дела. Пусть не 4 года, пусть 2 года, полтора (находятся под стражей). Если вы задерживаете человека, то докажите его вину в установленные законом сроки без всяких там продлений».

В этом контексте интересно вспомнить один пример – ситуацию с задержанием два года назад руководителя группы компаний Fenox Global Group Виталия Арбузова. Он оказался за решеткой по обвинению в неуплате налогов и неправомерным получением из бюджета НДС.

Спустя год бизнесмена выпустили. Иван Носкевич прямо говорил, чего от него добивались, держа за решеткой:

«Человек посидел, подумал, считает, что, может, он действительно что-то не так сделал в свое время, начал принимать меры, чтобы погасить ущерб. Мы разработали вместе с ним график погашения ущерба — и все. Такой подход может быть к каждому руководителю, который находится в СИЗО и намеревается сотрудничать со следствием».

Вопрос «а разве не суд решает, виновен человек или нет?» повис в воздухе.

Дело о прорвавшемся из Украины джипе: упрек в участии в политических играх

Весной 2017 года Следственный комитет Гомельской области сообщил о прорвавшемся через границу джипе и возбуждении уголовного дела по факту перемещения огнестрельного оружия группой лиц. Следователи опубликовали фотографии машины и оружия. Украинские пограничники сообщили, что автомобиль через их посты не проезжал.

Спустя год в СК заявили, что не располагают информацией о джипе, прорывавшемся из Украины.