Пособия больше не помогают: что происходит с демографией в Беларуси

Иллюстрационное фото
Беларусь попала в демографическую ловушку.

В 2016 году в Беларуси начался спад рождаемости. Причем меньше рожать стали женщины всех возрастов и вне зависимости от того, сколько детей у них уже есть. Одна из причин — это то, что меры по стимулированию рождаемости, которые вводило государство, больше не имеют прежнего эффекта. Об этом говорится в дискуссионном материале «Демография в ловушке социальной политики: какие меры (не) помогут увеличить рождаемость в Беларуси», опубликованном на сайте Исследовательского центра ИПМ, пишет tut.by.

С середины 2000-х власти активно расширяли соцпакет для семей с детьми. Ежемесячные пособия увеличились, появилось пособие на ребенка старше 3-х лет (если в семье воспитывается ребенок до 3-х лет), семейный капитал, жилищные льготы. Автор материала, заведующая сектором социально-демографической политики Института экономики НАН и внештатный научный сотрудник Исследовательского центра ИПМ Наталья Щербина отмечает, что все эти меры в первую очередь простимулировали рождение вторых и третих детей, в то время как на появление первых детей больше влияли общие социально-экономические условия.

При этом в городах и на селе эффективность этих мер оказалась разной, отмечает эксперт. По ее мнению, в городах росту рождаемости больше поспособствовали жилищные льготы.

— Изменения в жилищном законодательстве и последующее значительное увеличение финансовой помощи государства в строительстве жилья для молодых и многодетных семей в 2006—2007 годах привели к достаточно быстрой реакции городских семей на стимулирующие меры, — пишет Наталья Щербина. — Падение темпов прироста рождаемости в городской местности под влиянием экономического кризиса происходило в 2008—2009 годах. Дополнительные меры в сфере льготного кредитования коммерческого жилья для семей с детьми несколько оживили жилищную поддержку и оказали положительное воздействие на интенсивность вторых и третьих рождений в городах.

А вот для семей из сельской местности лучшим стимулом оказались живые деньги.

— В 2012 году было значительно увеличено пособие по уходу за ребенком, а в 2013 году его размер был привязан к средней заработной плате в стране. В 2015 г. было введено дополнительное пособие на ребенка старше 3-х лет в семьях, где воспитывается ребенок до 3-х лет, что увеличило общий объем финансовых выплат семьям с детьми до 3-х лет. Сельские семьи активно отреагировали на финансовые стимулы, что также нашло отражение в динамике суммарного коэффициента рождаемости: его рост в сельской местности до 2016 г. происходил параллельно увеличению среднего размера пособия по уходу за ребенком, — отмечает Наталья Щербина.

Читайте также:  Ждать ли Илона Маска в Украине

Тем не менее, в 2016 году и в городах, и на селе начался спад рождаемости (а если говорить именно о первых детях, то это произошло еще раньше — в 2013-м).


С чем это связано? Во-первых, эффективность мер, стимулирующих рождаемость, начинает снижаться через несколько лет после их введения. Так происходит не только в Беларуси, но и в других странах.

— Под влиянием мер социальной поддержки семьи корректируют календарь рождаемости и сокращают интервал между рождением детей. Репродуктивный потенциал семей в таком случае исчерпывается быстрее, интенсивности рождений распределяются неравномерно по возрастным когортам. При неблагоприятной возрастной структуре такая ситуация может привести к резкому спаду рождаемости, — комментирует Наталья Щербина.

А во-вторых, в Беларуси появился еще один фактор — рост бедности среди семей с детьми.

— Риски отложенной бедности для семей с детьми старше трех лет снижают привлекательность пособия по уходу за ребенком в качестве альтернативы активной занятости родителей, то есть все меньше семей, судя по всему, связывают свои репродуктивные планы с возможностями государственной поддержки, — констатирует Наталья Щербина.

«Стимулирующие меры находят отклик только у части семей»

Чтобы понять, что могло бы остановить спад рождаемости, эксперты Исследовательского центра ИПМ провели дискуссии в пяти фокус-группах в областных центрах. Большинству людей, принявших в них участие, от 30 до 49 лет, и они воспитывают детей.

По итогам дискуссий эксперты разделили участников на две условные группы исходя из их взглядов — «патерналистов» и «либералов». Первые считают, что государство должно поддерживать семьи с детьми: предоставлять им как можно больше льгот, обеспечивать работу и зарплату, оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до трех лет, развитую и доступную дошкольную инфрастуктуру, а если собственного жилья у семьи нет, обеспечить его или предоставить льготные кредиты, субсидии, социальное жилье или доступное арендное жилье.

«Либералы», в свою очередь, выступают за то, что государство должно создавать условия, чтобы семьи самостоятельно справлялись с трудностями. По их мнению, льгот для семей с детьми достаточно только базовых (трудовые гарантии и пособие по уходу за ребенком), при этом государство должно создать условия для занятости, предусмотреть возможности для совмещения занятости и ухода за ребенком и дифференцированный декретный отпуск, обеспечить развитую дошкольную инфраструктуру, а при отсутствии жилья — обеспечить возможность заработать на него, развить систему жилищного кредитования и предоставить доступное арендное жилье.

Читайте также:  В отношении блогера Кабанова возобновили прекращенное ранее уголовное дело

— Если предположить, что так же, как и респонденты фокус-групп, белорусские семьи имеют различные взгляды на государственную поддержку, стимулирующие меры охватывают и находят отклик только у части семей, — делает вывод Наталья Щербина.

В результате, констатирует эксперт, благодаря мерам государственной поддержки, которые внедрялись с 2005 по 2016 год, та часть населения, которая придерживается патерналистского подхода, смогла «реализовать репродуктивный потенциал», в то время как для семей с либеральными взглядами эти меры уже тогда не имели решающего значения.

— Снижение рождаемости первых детей, а с 2016 года и детей последующих очередностей можно объяснить исчерпанием эффекта мер политики для целевой группы семей («патерналистов») и отсутствием значимого эффекта для нецелевой аудитории («либералов»), — объясняет Наталья Щербина. — Ожидания семей, которые склонны ориентироваться на собственные возможности, не учтены в дизайне современной семейной политики в Беларуси. Поддержка совмещения профессиональных и семейных обязанностей не имеет широкого применения. Родители, желающие воспитывать детей и при этом активно трудиться, могут рассчитывать либо на помощь ближайших родственников, либо на частные услуги по уходу.

Стоимость таких услуг (нянь, частных дошкольных учреждений полного цикла ухода) зачастую слишком высокая в силу слабой развитости этого рынка, а степень их разнообразия недостаточна для удовлетворения потребностей семей. Практика длительного отпуска по уходу за ребенком, неоплачиваемого отцовского отпуска, слабое развитие дошкольной инфраструктуры для детей в возрасте до 3-х лет снижает стимулы для занятости женщин с детьми и ограничивает возможности семей для роста доходов.

Таким образом, резюмирует Наталья Щербина, меры по стимулированию рождаемости хоть и имели краткосрочный эффект, но при этом создали ловушку для долгосрочных демографических перспектив.

— Зависимость от социальных трансфертов, финансовая неустойчивость одних семей и нереализованные возможности других предопределили разворот тенденций рождаемости после 2016 года. Неблагоприятный прогноз возрастной структуры женщин усугубляет риски нового демографического кризиса и актуализирует необходимость переосмысления дизайна семейной политики Беларуси, — говорит Наталья Щербина.