Протесты в Каталонии: спецназовцам дарили конфеты и хамон

Ни с чем подобным полиция не сталкивалась за все годы своего существования.

Верхняя часть проспекта Виа Лайетана, проложенного в начале XX века через старый город Барселоны, в субботу была заполнена людьми. В основном это молодежь в возрасте от 16 до 25 лет, которая пришла к зданию управления национальной полиции Испании выразить протест против длительных сроков заключения каталонским политикам, причастным к организации референдума о независимости Каталонии в 2017 году. В воскресенье – по сравнению с несколькими предыдущими днями протестов, когда на улицах были сотни раненых, – в Барселоне относительно спокойно, пишет «Радио Свобода».

Акция у здания управления полиции была не очень многочисленной – навскидку несколько тысяч человек – и относительно спокойная: ее участники сидят на асфальте, иногда вяло покрикивая лозунги или затягивая «Песню жнецов» – национальный гимн Каталонии. В гимне поется о том, как 350 лет назад каталонские крестьяне сделали свои серпы оружием, поднявшись на восстание против центральной королевской власти.

Перед протестующей молодежью стоит кордон из полицейских в шлемах с дубинками и угрожающе выглядящими толстоствольными ружьями, а сразу за ним виднеется основательная флотилия из нескольких десятков полицейских фургонов, нервно мигающих синим светом.

Полиция и протестующие

С другой стороны полицейского кордона небольшая группа людей с испанскими флагами дарит спецназовцам в шлемах конфеты и целые свиные ноги хамона, благодаря их за работу. Полицейские улыбаются, разрешают нескольким людям с ними сфотографироваться.

18 октября в Барселоне протестующих было побольше, 525 тысяч – по данным городской полиции, и 750 тысяч – если верить организаторам. Большинство из них пришли в город пешком, в ходе организованных Каталонской национальной ассамблеей маршей по главным автомагистралям Каталонии, и приняли участие в огромном митинге в центре города. После чего с чувством выполненного долга разошлись-разъехались по своим домам.

Участники марша

А на площади Уркинаона, прилегающей к проспекту Виа Лайетана, примерно в это же время начались настоящие уличные бои. Радикально настроенные молодые люди стали прорывать полицейские заграждения, одновременно возводя баррикады из пластмассовых уличных контейнеров для мусора и прочих найденных тут же вещей, и поджигать их.

Полиция в ответ пыталась разгонять толпу выстрелами резиновых пуль, слезоточивым газом, техникой так называемых каруселей – быстрой хаотичной ездой по улицам на фургонах… В дело пошел даже старенький, приобретенный каталонской полицией в 1994 году водомет, ни разу до сих пор не применявшийся и вот наконец дождавшийся своего часа. По словам главы департамента внутренних дел Каталонии Микеля Бука, ни с чем подобным каталонская полиция не сталкивалась за все годы своего существования.

Огонь на улицах Барселоны в ночь на воскресенье

Столкновения радикального крыла манифестантов с полицией продолжались примерно до полуночи, как и в прошлые три дня, после чего протестующие постепенно разошлись. Режим сна и питания местные протестующие соблюдают неукоснительно – видимо, хотят сберечь силы на длительный протест.

– Это не мы устраиваем беспорядки, – говорит мне сквозь закрывающую нижнюю часть лица повязку Сержи. – Это полиция их устраивает, разгоняя нас и не давая нам протестовать мирно. Пусть они уйдут, и беспорядки сразу прекратятся.

В руках у Сержи – плакат с надписью по-каталонски: «Только мама может заставить меня замолчать».

Надпись на плакате: «Только мама может заставить меня замолчать»

– Идите домой, тунеядцы! – кричит по-испански с балкона женщина в возрасте. – Не даете людям жить спокойно, разнесли весь район!

Ее призывы никак не мешают нескольким совсем юным девушкам методично выковыривать из земли тротуарную плитку и разбивать ее на небольшие куски, которые потом складываются в аккуратную кучку у горящей баррикады.

Новейшая волна каталонского бунта против центральных властей Королевства Испания стартовала в понедельник, 14 октября, – в этот день Верховный суд в Мадриде вынес приговор девяти лидерам движения за независимость Каталонии, присудив им тюремные сроки от 9 до 13 лет за организацию и проведение не одобренного центром референдума в октябре 2017 года.

Каталония ждала этого приговора уже какое-то время и готовилась к нему. В том, что он будет обвинительным, сомнений не было, наверное, ни у кого, поэтому последние несколько месяцев разные силы сторонников независимости были заняты исключительно подготовкой достойного ответа на этот абсолютно несправедливый, по их мнению, приговор.

Уже утром понедельника, как только стало официально известно о приговоре, улицы Барселоны стали заполняться протестующими людьми. В основном это были студенты городских университетов, которые перекрыли все основные проспекты, фактически парализовав автомобильное движение в центре. А главная акция протеста началась чуть позже. В час дня созданная несколькими неделями ранее анонимная инициатива Tsunami Democràtic («Демократический цунами») призвала через свой телеграм-канал к блокаде аэропорта Барселоны.

Призыв подействовал моментально. Буквально через час в аэропорту уже были десятки тысяч человек, которые полностью заблокировали его до вечера. По распоряжению полиции в аэропорт перестали ходить поезда и метро. Авиакомпаниям пришлось отменить десятки рейсов. Тогда же состоялись и первые серьезные стычки протестующих с полицией, первые выстрелы резиновыми пулями, первая серьезная травма – выбитый выстрелом глаз. Сегодня счет раненых в ходе уличных протестов уже идет на сотни.

Испанский антифашистский лозунг «Не пройдут»

Сейчас основное политическое требование протестующих – добиться полномасштабных переговоров между правительством Испании и лидерами каталонской автономии с целью поиска компромиссного выхода из сложившейся ситуации.

«Есть только один путь: сесть и разговаривать, сесть и разговаривать… » – написало в своем обращении к Испании и миру движение «Демократический цунами».

Мадрид пока что призывам не внемлет. По мнению премьер-министра Испании Педро Санчеса, отказавшегося сегодня разговаривать по телефону с главой каталонского правительства Кимом Торрой, лидеры сторонников независимости сначала должны публично осудить уличные беспорядки и признать незыблемость испанских законов, конституции и судебных решений, а потом уже можно будет о чем-то говорить. Сложившаяся ситуация производит ощущение политического тупика, выхода из которого пока что не видать.

Зона, где ночами проходят столкновения молодежи с полицией, находится в самом центре Барселоны, в ее непосредственной близости расположены десятки отелей, включая самые фешенебельные, а также многочисленные бутики, рестораны и туристические апартаменты. При этом случаев мародерства или нападений на туристов пока зафиксировано не было. Полиция и протестующие заняты исключительно друг другом и буквально пару кварталов в сторону от горящих баррикад город живет своей обычной жизнью – барселонцы и туристы ужинают в ресторанах, пьют вермут и сангрию на уличных террасах, прогуливаются в свое удовольствие.

– У нас смешанные впечатления от Барселоны, – говорит Татьяна, приехавшая с родителями из Москвы как раз в самый разгар протестов. – Наши апартаменты прямо в центре, поэтому посмотреть город толком не удалось, боялись вечерами выходить на прогулку. Но мы понимаем, что это их право – раз протестуют, значит, что-то им не нравится. Видимо, придется приехать сюда еще раз.

Барселона восстает отнюдь не первый раз в своей истории. Вспышки гнева каталонцев против центральных властей происходили на протяжении последних пары веков с завидной регулярностью. Город был в осаде испанских войск в 1714 году, бунтовал в 1835-м, расстреливался из пушек испанскими солдатами в 1842-м…

В 1909 году организованные анархистами Барселоны выступления рабочих привели к массовым поджогам церквей и монастырей – именно тогда город и получил свое прозвище «Rosa de foc», огненная роза. В 1936 году в ходе анархистских поджогов один из пожаров фактически полностью уничтожил мастерскую Антони Гауди вместе с находящимся там проектом храма Саграда Фамилия.

Каждый из этих барселонских бунтов непременно заканчивался в какой-то момент подавлением и последующими репрессиями. Будет ли так и в этот раз – мы узнаем уже довольно скоро.