За Интерпол без России

Ольга Литвиненко – о неправедной борьбе.

Первая попытка создать международную полицейскую организацию была предпринята в 1914 году по инициативе князя Монако Альбера I. Игорный бизнес в этом маленьком государстве и в ту пору был широко распространен, что привлекало на этот кусочек средиземноморского побережья большое количество жуликов со всего мира. Совершив свои черные делишки в Монако, мошенники растекались потом по всему миру, так что найти их было уже невозможно. Подобная ситуация, естественно, подрывала репутацию княжества, и для того, чтобы как-то бороться с этими жуликами и ворами, князь Монако и выдвинул инициативу о создании международной организации, которая могла бы отслеживать и вылавливать преступников в разных странах мира.

Но помешала Первая мировая война, и мировое сообщество вспомнило об этой инициативе только в 1923 году. Интернациональная полицейская организация (с названием «Международная комиссия уголовной полиции») была создана в Вене. После аншлюса Австрии в 1938-м комиссия автоматически перешла в распоряжение нацистских генералов. Штаб-квартира организации переехала в Берлин, одним из ее руководителей несколько лет оставался нацистский преступник Эрнст Кальтенбруннер. Каким образом и для каких целей руководство фашистской Германии использовало эту международную полицейскую организацию, понятно: по всему миру отлавливали противников Гитлера, тех, кто критиковал политику Берлина, был не согласен с фашистским режимом, тех, кому удалось покинуть Германию и не быть арестованным гестапо. По этой причине многие страны в те годы прекратили участие в работе Международной комиссии, потому что понимали: ее используют вовсе не для борьбы с преступностью, а для решения политических проблем немецко-фашистского руководства.

Как увидим, история повторяется.

После окончания Второй мировой войны Интерпол был воссоздан, и штаб-квартиру организации перевели во Францию. Начался реальный розыск реальных преступников, в том числе и нацистских. Вполне логично то обстоятельство, что Советский Союз не стал страной– участницей Интерпола. В СССР не было ни справедливого независимого правосудия, ни честной и независимой правоохранительной системы. Доверять Москве западные страны не собирались. Интерпол деятельно занимался розыском мошенников, жуликов из разных стран, торговцев оружием, наркотиками и людьми, наемных убийц и международных террористов.

С началом перестройки в Интерпол приняли и горбачевский СССР. Наверняка это решение далось нелегко, но международное сообщество увидело: Советский Союз – уже не то диктаторское государство, которым оно было во времена правления Сталина, Хрущева, Брежнева; налицо демократические перемены. После развала СССР Россия продолжала интегрироваться в современный мир, поэтому участие Москвы в международной полицейской организации казалось логичным. Это было полезно всем: иностранные преступники не могли спокойно скрываться в России, а российские злодея потеряли возможность прятаться от закона на территории других стран.

Россия в 1990-е годы реформировала правоохранительную систему: суды становились независимыми, правоохранительная система постепенно избавлялась от коррумпированности, прокуратура старалась следить за законностью. Никому в те годы не приходило в голову использовать Интерпол для преследования оппонентов ельцинского режима, ни одного такого примера вы не найдете. Однако в 2000 году произошел резкий переворот, власть в России перешла в руки выходцев из специальных служб. Теперь оппозиционеров и вообще неугодных подвергают жесткому преследованию, против них фабрикуют уголовные дела, их сажают в тюрьмы. Тех, кто успел покинуть Россию, чекистская власть продолжает преследовать и за рубежом, цинично используя Интерпол, пользуясь возможностями получать информацию через эту профессиональную систему, давать поручения полиции различных стран арестовывать людей, многие из которых являются политическими противниками режима Владимира Путина.

Следственные органы, фабриковавшие уголовное дело в России, легко добиваются решения суда о заочном аресте обвиняемого и потом через национальное бюро Интерпола отправляют за рубеж данные об этом человеке. Его имя попадает в так называемый список red notice, в котором хранится информация обо всех лицах, находящихся в розыске. Именно таким образом в Интерполе практически все время своего пребывания в эмиграции находились опальный олигарх Борис Березовский или лидер ичкерийской оппозиции Ахмед Закаев, многие другие известные и малоизвестные оппозиционеры, которым удалось избежать ареста и тюрьмы в России.

Естественно, это делает жизнь таких людей за рубежом малокомфортной. У человека возникают проблемы при пересечении границы, при каждой паспортной проверке система высвечивает: «этот» находится в международном розыске! Постоянно сохраняется теоретическая угроза ареста и возможность экстрадиции. Российские прокуроры и следователи это прекрасно знают, считая Интерпол подручным инструментом для запугивания невинных людей. В моем случае сотрудник петербургской прокуратуры Карпенко прямым текстом сказал: если я не буду вести себя так, как им хотелось бы, меня объявят в международный розыск на основании сфабрикованных и заведомо ложных уголовных обвинений.

Похожий случай произошел еще с одним бывшим жителем Петербурга Андреем Корчагиным, который уже давно покинул Россию по политическим причинам. Корчагин был моим коллегой по парламентской деятельности в Законодательном собрании Санкт-Петербурга, и когда он перешел работать в городское правительство, против него по ряду причин возбудили «липовое» уголовное дело. Дело сфабриковали еще в 2009 году, а в 2015-м совершенно неожиданно вынесли решение о заочном аресте Корчагина. Российское бюро Интерпола отправило запрос об аресте в Финляндию, где Корчагин и был задержан. Финские власти быстро разобрались, через несколько дней мой знакомый был отпущен, ему принесли извинения, даже финансово компенсировали пережитые неприятности.

Есть и другие случаи задержания людей, подвергшихся незаконным уголовным преследованиям России с помощью Интерпола. На территории Евросоюза практически всех быстро отпускают, никого Москве не выдают, потому что большинство стран цивилизованного мира прекрасно понимает: в России нет нормального правосудия и независимой судебной системы. Злобные российские следователи и прокуроры используют не только открытую базу Интерпола, но и так называемый difusion, скрытый запрос на арест, не обозначенный в общедоступной базе данных.

К счастью, в последнее время наметилась положительная тенденция: звучат заявления о том, что такие недемократические страны, как Россия или некоторые государства Ближнего Востока, используют Интерпол для борьбы с оппозицией. В устав Интерпола уже внесены изменения, которые вводят ограничения для розыска действующих и бывших политических деятелей. Для России это особенно актуально: примеров использования Кремлем Интерпола для борьбы против таких фигур, как Михаил Ходорковский или Уильям Браудер, оказалось вполне достаточным для того, чтобы были приняты меры. Конечно же, страны западного мира ни в коем случае не должны покидать Интерпол из-за того, что им пытается злоупотреблять Российская Федерация. Необходимо сделать другое: попросту исключить путинскую Россию из Интерпола.

Ольга Литвиненко, «Радио Свобода»

Источник